|
 Польская мозаика глазами белорусского студента
Год назад закрыли Европейский Гуманитарный Университет. Там занималось всего тысяча студентов - не потому, что туда никто не шел, а потому, мне кажется, что поступить было трудно, а еще труднее - учиться, и некоторые просто не выдерживали. Большую часть наших ребят определили в БГУ, но после общения с администрацией этого вуза многие переходить туда отказались. Среди "отказников" был и я. Мы не знали, что будет дальше. Но благодаря международному авторитету ЕГУ и нашего ректора Анатолия Арсеньевича Михайлова нас пригласили на учебу вузы других стран. В числе группы из одиннадцати человек осенью 2004 года я поехал в Белосток.
ПАРАЛЕЛІ
Павел АРТЮШКЕВИЧ
 Двадцать граммов колбаски
Пересекли мы белорусско-польскую границу и обалдели: дорога пошла ровненькая-ровненькая, а посередине - разделительная полоса, которая светится в темноте. Дома, в Беларуси, часто слышал, как польские трассы ругают, а тут… Поляки рассказали, что дорожные покрытия у них многослойные: вынимается грунт на определенную глубину, а потом укладываются специальные пласты, чтобы шоссе были надежные, не размывались дождями и их не нужно было ежегодно латать, как это делается у нас. В Польше есть специальные дорожные лаборатории, которые измеряют ровность поверхности: во время движения приборы показывают, насколько трасса не соответствует норме.
Наши же дороги, хоть кривые и латаные, зато широкие, и на них во время езды дышится легче. Польские трассы шириной всего в полторы полосы, поэтому возникает ощущение скованности. По такой мелочи, как рациональное использование дорожного и придорожного пространства, можно судить и о менталитете народа, и о политике страны, особенно если вспомнить работы Мишеля Фуко об экономии. Зато у нас душа шире…
Белосток - небольшой и зеленый город, полный контрастов: с одной стороны, он ремонтируется, становясь абсолютно европейским, с другой - в центре можно увидеть много заброшенных дворов, которые почему-то не трогают. Цены в Белостоке ниже, чем во многих других городах и регионах Польши. Местные жители объясняют это тем, что их город относится к самому бедному Подлясскому воеводству. Но дело, видимо, не только в этом: нужно учитывать, что Белосток находится в регионе с хорошо развитым сельским хозяйством. Кроме того, там отоваривается (причем в больших объемах) огромное число наших соотечественников. То есть происходит быстрый оборот средств, и повышать цены просто невыгодно. Кстати, сейчас Варшава вкладывает большие деньги в развитие этого региона.
В Белостоке, который чуть меньше Гродно, три гипермаркета: "Ошон" - один из одноименной сети французских гипермаркетов, распространенных по всему миру; затем - "Макро"; наконец, "Лерой Марлен" - строительный гипермаркет. В этих магазинах всегда очень много белорусов. Знакомые продавцы из "Ошона" считают наших соотечественников очень богатыми людьми, поскольку те приезжают с полными кошельками денег.
Сам "Ошон" по размерам - как полтора-два минских стадиона "Динамо". Минимальное время закупок - около двух часов. "Разброс" товаров - от самой дешевой "Народной марки" (это такой бренд, под которым продаются все виды продуктов, напитков и даже удобрения) до очень дорогих. На вкус "Народная марка", по мнению всех наших ребят, отвратительна, да и поляки ее стараются не покупать, зато создается видимость всеобщего экономического равенства. Такие продукты приобретают, в основном, не очень богатые люди, старики, которых в Белостоке очень много. Но практически все бабули, которых я там видел, очень ухоженные и жизнерадостные.
В "Ошоне" огромный ассортимент и очень разные цены: стоимость килограмма колбасы, например, варьируется от 2 до 50 долларов. При этом поляки часто покупают по 20 - 30 граммов десятидолларовой колбасы: у продавцов есть специальные машинки, которые нарезают пластики по десять граммов каждый. Кстати, у поляков совершенно нет комплексов по поводу такого маленького количества, они друг перед другом в магазинах не "выпендриваются".
В супермаркетах периодически проводятся так называемые промоции, когда можно отовариться по очень низким ценам. Ко многим товарам даются гратисы, то есть бесплатные приложения: к шампуню - бальзам-ополаскиватель, к большой коробке чая - маленькая, а к двум коробкам "Камамбера" - бесплатная третья коробка сыра. У каждого маркета, как супер, так и гипер, - свои поставщики, так что в разных магазинах можно найти разные товары по разным ценам.
Когда я вернулся в Минск на зимние каникулы и пошел на рынок покупать продукты к Новому тогда 2005 году, то поразился, увидев, какой огромный скачок вверх сделали цены всего за три месяца! А когда приехал на весенние каникулы, то удивился еще раз, так как у нас картошка стоила вдвое дороже, чем в Польше.
В Белостоке же цены стабильно низкие. Там втрое дешевле, чем у нас, шампиньоны и любимая нашим народом щековина, намного доступнее бытовая техника, посуда, стройматериалы, моющие средства, овощи, фрукты, макароны, рис и так далее. Свиную грудинку, например, можно купить и по полтора доллара за килограмм, и по пятнадцать, но это уже будет потрясающее копченое филе! Однако следует сказать, что отличную мясную вырезку там можно приобрести и за четыре доллара. Многих продуктов, которые продаются в Белостоке, у нас нет. Например, такого количества сортов салями, которые можно купить в "Ошоне", я не видел ни в одном минском магазине.
Траур по Папе
Я был в гостях у знакомых студенток-полек, когда мир узнал о тяжелой болезни Папы Иоанна II. Пришла соседка и сообщила, что Папа при смерти. Девчонки сразу загрустили, собрались и пошли за него молиться. В тот день опустело все общежитие.
Когда Иоанн II умер, в Белостоке была объявлена траурная неделя. На аэродроме, где он проводил службу 5 июня 1991 года, собралось почти 150 тысяч человек со свечками, служба продолжалась до полуночи, что для Белостока очень поздно, потому что городской транспорт работает там до 24.00, и после одиннадцати вечера прохожих на улицах практически не встретишь. Утром на несколько минут было остановлено движение, звучала сирена. На антеннах машин появились траурные ленточки. Знакомый студент сказал, что даже смерть президента не вызвала бы такой скорби, поскольку президент - всего лишь политик…
Смерть Иоанна II объединила поляков всего мира. Во время выборов нового Папы они почему-то надеялись, что главой католической церкви снова будет поляк, но, к их огорчению, выбрали немца.
Польская молодежь посещает все службы и участвует в религиозных праздниках. Но, как мне кажется, заповеди не очень-то соблюдает. Знакомый парень из Москвы, который учится в Белостокской семинарии, говорил, что некоторые молодые поляки позволяют себе не очень лестные высказывания в адрес клериков, причем не только за глаза.
Белосток - самый православный город Польши, православных там - 40%. Здесь красивые церкви и костелы. Жители Белостока благосклонны к другим конфессиям. Но когда фермер, у которого я подрабатывал летом, узнал, что я не крещен, то сказал, что меня нет.
К белорусам поляки относятся хорошо, у меня даже появилось ощущение, что они считают нас братьями, которые сбились с пути истинного, и поэтому все время дают советы. Например, как изменить жизнь к лучшему, - потому что считают политику нашего руководства, мягко говоря, неадекватной. И в связи с этим нас жалеют. Поляки очень возмущались конфликтом между Беларусью и Польшей из-за Союза поляков. В это время я как раз начал работать у фермера. Один парень приставал ко мне с вопросом: за что мы не любим поляков? Но фермер сказал ему: "Во всем виновато белорусское руководство, а не белорусы. Это разные понятия, не путай! И в Польше, и в Беларуси политиков-популистов хватает".
Полиция в Белостоке не похожа на нашу. Расскажу одну историю. В первый месяц пребывания в Польше мы с другом, возвращаясь из "Ошона", заблудились. Вскоре набрели на полицейский участок, полностью разрисованный граффити. Подошли к полицейскому фургончику (у них там не "козлы", а "минивены" фольксвагенские), спрашиваем, как пройти к общежитию. Полицейские улыбаются, спрашивают: "Русские?" "Не-а, белорусы, учимся тут". Они еще шире заулыбались и сказали, что будут проезжать мимо нашего общежития и, если мы не против, то нас подвезут. Мы согласились. Пока ехали, полицейские нелестно отозвались о белорусских властях, даже как-то неловко стало. Подумал: ну сколько можно, разве это главное в отношениях между нашими странами?
Должен сказать, что никакой официальной антибелорусской пропаганды в Польше не ведется. Просто граждане высказывают свое личное мнение по поводу разных событий, о которых узнают как из польских, так и из общеевропейских СМИ. Кстати, никто из тех, с кем я общался в Польше, не только не видел передач белорусского телеканала, который вещает на зарубежье через спутник, но даже не слышал о его существовании. Все смотрят свое телевидение.
Нас довезли до общаги и мило распрощались.
Транспорт в Белостоке ходит точно по расписанию, которое висит на каждой остановке. Здесь даже указано, какой придет автобус - с низкими ступеньками или нет. Водители "вооружены" часами и рацией, так что на моей памяти автобус ни разу не опоздал.
Поляки очень вежливые и все время извиняются. Сдержанно на улицах и в общественном транспорте ведут себя не только взрослые добропорядочные граждане, но и подростки.
Зато когда поезд пересекает границу, то по истошным, вперемежку с матом, воплям соотечественников, заполоняющих вагоны, даже с закрытыми глазами узнаешь: вот наконец-то и Родина! Синдром вежливости преследует тебя еще некоторое время после возвращения в Минск - все время хочется сказать: "Пшепрашам!" Но дня через два-три о подобной "глупости" забываешь.
Пончики и халва в батончиках
Некоторые из продуктов и товаров, которые мы покупаем в Белостоке, встречаются и в минских магазинах. Но цены на них в три, а то и пять раз выше. Дороже у нас - правда, незначительно - и польские пончики под местным названием "берлинеры". Мне, например, очень нравится продукция "Слодыча", но польская выпечка, особенно пончики - это что-то! Они не только дешевле наших "берлинеров", но и вкуснее, слаще, крупнее и сытнее. Хотя белорусский хлеб, по-моему, гораздо лучше польского.
Есть в Беларуси продукты, которые очень ценят поляки, но стоят они дороже, чем у нас. Например, продается там дешевое сливочное масло, но оно содержит растительные добавки и невкусное. А такое, как у нас, натуральное, в Польше стоит очень дорого. Поэтому мы везем с собой из Беларуси сливочное масло, кефир, гречку - такой чистой, ядреной гречки там тоже нет. Полякам очень понравилась наша халва в батончиках, которой я их угощал, наша крепкая горчица, дешевые рыбные и мясные паштеты, наши шампанское и джин-тоник. В Польше очень дорогие сигареты, пачка самых дешевых стоит не менее полутора долларов. Десять долларов, в среднем, стоит пол-литра водки. Любят поляки белорусскую водку и оценивают ее значительно выше, чем свою. Наша водка - это бренд!
В Белостоке можно весьма неплохо провести свободное время. Например, в специальном чайном бутике "Чаи мира". Приятно спокойно посидеть, попить чаю, купить тот сорт, который больше понравится. А чаи там отличные!
В общем, прожить, ни в чем себе, по нашим белорусским меркам, не отказывая, вполне можно за сто долларов в месяц (это без оплаты жилья). Мы, случается, укладываемся в сорок, причем в наш рацион входят мясо и фрукты, которые в Польше очень дешевые.
Был забавный случай. Все мы, студенты ЕГУ, общаемся между собой через интернет, независимо от того, в какой стране живем. Однажды приходит послание от наших ребят, которые учатся в Санкт-Петербурге: "Денег нет, сидим на одних пельменях". Мы отвечаем: "Денег нет, сидим на копченом мясе, шоколадной пасте и мандаринах". По СТВ недавно была кулинарная передача, где учили готовить мясо в ананасе. Но мы собираемся воспользоваться этим рецептом в Польше, потому что в Беларуси для студентов это нереально.
Вернемся к досугу. В Польше удачно ведется так называемая "барная" политика. Здесь такие заведения называются пабами, они делают деньги не на ценовых "накрутках" на напитки, а на количестве посетителей. Очень часто музыканты дают в пабах концерты, но, в отличие от многих белорусских питейных заведений, вход на такие мероприятия бесплатный. Обслуживание там гораздо лучше, чем у нас. Помнится, я просидел в пабе весь концерт, а это три часа, с одним стаканом джин-тоника: английский джин, тоник "швепс", лимон, лед - и заплатил за удовольствие всего два доллара. А теперь вспомните, сколько стоит в наших барах пиво "Криница".
В польских пабах очень много студентов, и никто не напивается. А у нас, чтобы сходить в бар и попить той же незатейливой "Криницы" или "Аливарии", нужны деньги. Да и, чтобы не "пролететь", все планируется заранее. В Польше же захотелось зайти - зашел. В Белостоке тридцать, если не больше, пабов, и пиво там, кстати, замечательное.
В будний день в городе практически не встретишь девушек на высоких каблуках, чаще всего они ходят в кроссовках или какой-нибудь другой удобной обуви. А туфли на каблуках - это для вечерних и торжественных мероприятий. Одеваются в Польше по-европейски, то есть в простую и удобную одежду: джинсы, баечки, правда, все это фирменное. Одежду и обувь поляки приобретают чаще всего в фирменных магазинах во время распродаж. На рынке одеваются только приезжие из бывшего СССР и не самые обеспеченные поляки, которые на социальной лестнице находятся ниже среднего класса. В "Ошоне" на распродаже можно найти неплохие кроссовки по цене от 5 до 15 долларов, брюки - за такую же цену. Я, например, купил себе приличные летние сандалеты за шесть долларов, фирменные немецкие кеды - за семь, байку и маечку - по три доллара. Видел на распродажах дешевую бытовую технику. Отличный малогабаритный холодильник, например, продавали всего за 20 долларов.
Фермер и хозяин
Безработица в Польше и, в частности, в Белостоке, наверное, есть, но какая-то не такая, как у нас: во-первых, я не видел ни одного праздношатающегося, а во-вторых, в нашем вузе есть офис, который предлагает студентам временную и постоянную работу. И вариантов здесь навалом.
Однако редкий польский студент согласится работать за 200 долларов в месяц, потому что считается, что это очень мало. Нас, белорусов, такая сумма более чем устроила бы, но иностранцам нужно разрешение на работу, поэтому мы ищем какие-то другие варианты. Поляки идут нам навстречу, и периодически удается заработать небольшую сумму. А на лето знакомая студентка "сосватала" меня к своему родственнику-фермеру, у которого я проработал месяц и убедился: чтобы прилично зарабатывать в какой-либо сфере, нужны хоть какие-то навыки.
Фермера зовут Ян Надольный, его жену - Эльжбета, для друзей - Элла. В их семье трое детей разного возраста: Наталья, Эмиля и Петрик. Хозяйство специализируется на агротуризме. Элла рассказала: "Агротуристический комплекс предложила создать я, хотя вначале мы предполагали открыть только бар и гостиницу. Но я подумала, что все равно посетители ужинают, пьют вино, а потом ночуют. Сейчас у нас своя гостиница, десять коней, на которых возим туристов, много лодок, коляска для конных прогулок и двое саней, потому что наш комплекс работает круглый год".
Элла местная, Ян - приезжий. Для организации хозяйства у них были кое-какие сбережения, но они взяли еще и кредит. Кстати, почти все в Польше пользуются кредитами, поскольку уверены, что смогут их вернуть. Комплекс Надольных находится в маленькой деревеньке Сулин и называется "Царский тракт". Название не случайное. Как написано в визитке, отель стоит на дороге, по которой ездил царь и которая ведет в Ломжу.
Комплекс состоит из двух зданий: первое - для гостей, оформлено под старинную охотничью стоянку или гостиницу, во втором же, двухэтажном, построенном недавно, живет семья фермера. Комнаты их расположены на втором этаже, а на первом устраиваются банкеты, которые очень часто заказывают различные организации.
Места там красивые, рядом озеро. Но наша природа - ничуть не хуже, а кое-где и поживописнее.
Фермерам - за сорок лет. Делами и деньгами, по моим наблюдениям, распоряжается Элла. Сутки проживания в отеле, вместе с питанием, стоят 20 долларов. Если номер повышенной комфортности, - то 25. В отеле очень уютно. Элла отлично готовит, ей помогает работница. Обеды каждый день подаются свежие, все остатки достаются гусям и собакам. Обеденное меню такое: суп, много мяса и гарнира, салаты, на третье - компот, фрукты, сладости. Все подается не на тарелках, а в супницах, салатницах и на блюдах. И каждый берет, сколько хочет. Элла жалуется, что устает, в клиентах они недостатка не испытывают. Очень много туристов из-за границы, при мне в отеле несколько раз останавливались немцы, англичане и даже канадцы, и всем там нравилось.
У Надольных есть свой магазин, за товарами для гостиницы и магазина Ян ездит в Ломжу, на оптовые склады, где могут отовариваться только предприниматели. На складах стоят компьютеры, есть база данных на каждого клиента. Много складов и магазинов люди держат при собственных домах. Поэтому товары здесь дешевле, чем даже в "Ошоне". У Надольного есть советский "уазик", который он почему-то называет "газиком". "Люблю польских девушек и советские автомобили", - шутит он и устраивает на своем "газике" экстремальную езду по лесу, хотя несчастной машине более пятидесяти лет. Я спросил у Яна, почему они не выращивают овощи для постояльцев или хотя бы зерновые на корм лошадям? "А зачем? - удивился он. - Каждый должен заниматься своим делом". Думаю, что это одна из основ развития малого и среднего бизнеса в Польше. Государственных магазинов или хозяйств в этой стране не существует.
У фермеров Надольных есть сосед, который называет себя "простым хозяином". На государство он не работает, а ведет только свое хозяйство. При этом у него в собственности три трактора, две машины, косилка, около тридцати гектаров земли, две коровы, свиньи и много кроликов. Еще у него три дочери (две уже замужем) и два сына. Официально нигде не работая, хозяин сделал евроремонт, купил параболическую антенну. Я спросил, откуда у него на это деньги? Он объяснил, что зарабатывает, выполняя небольшие заказы соседей: чинит технику, помогает косить и так далее. Ему вполне хватает. Правда, он платит налог на доход и делает небольшие взносы в пенсионный фонд.
Недалеко от "Царского тракта", рядом с Визной, есть поселок Гранды, где живут полторы тысячи бывших колхозников. Хозяйство, где они раньше работали, специализировалось на животноводстве и просуществовало двадцать лет, а после перестройки сразу же развалилось. Потому что, как сказали соседи, там никому и ничего не было нужно. Советская модель коллективизации их развратила. Теперь бывшие колхозники ничем не занимаются, только пытаются выжить, подрабатывая по мелочи. Дела у них обстоят, судя по всему, не очень хорошо. Я там был и видел эту серость, даже в воздухе ощущалась какая-то безысходность.
Как наши бабки "срубают бабки"
Наши соотечественники научились хорошо зарабатывать на белорусско-польской границе. Даже, оказывается, выражение такое есть: "живут с границы". Этим занимаются и гродненцы, и, видимо, брестчане. Происходит все следующим образом. Наши ребята покупают "фольксваген универсал", у которого вместимость бака сто литров и который работает на дизельном топливе. Проезжают через границу и ныряют вглубь Польши, где и продают "соляру". Чем ближе к Варшаве, тем дороже топливо. Правда, на обратную дорогу оставляют пару литров.
Парень, который меня как-то подвозил, рассказывал, что в его машине вообще два бака: "дизельный" - для продажи, а второй - для газа, что позволяет ему забираться дальше остальных и продавать подороже. Польша, по его словам, поделена на своеобразные "участки", как у детей лейтенанта Шмидта в "Двенадцати стульях", и на вотчину соседа заходить нельзя, иначе и по морде можно схлопотать. Раньше за такой провоз топлива пограничники могли забрать машину, сейчас же, бывает, разворачивают обратно. "Скорее всего, поняли, что Беларуси это выгодно", - предполагает мой новый знакомый.
А начинал он довольно просто: приехал в Польшу и предложил топливо первому попавшемуся фермеру. Сейчас же у него своя довольно обширная клиентура.
"Кормятся" на границе и наши бабушки. Пользуясь дороговизной водки и сигарет в Польше, они провозят все это в Белосток, где и продают на рынке. Проезжают через границу они довольно весело: с утра стоят возле КПП и ловят машину, которая провезла бы их в Польшу, платят водителю по доллару. Возвращаясь назад, уже сами берут с водителя два доллара за то, что регистрируют на себя по 50 килограммов его груза. Так как больше этой нормы одному человеку перевозить бесплатно через белорусскую границу запрещено.
Услышав про такой бизнес, я подумал: почему бы белорусско-польскую границу не объявить свободной экономической зоной свободных граждан?
Павел АРТЮШКЕВИЧ
Публікуецца на сайце з ласкавай згоды
Беларускай Асацыяцыі Журналістаў
|
Польскі аўкцыён
