|
ПОГОНЯ
Во хмелю слегка лесом
правил я,
Не устал пока, пел за здравие.
А умел я петь песни вздорные.
Как любил я вас, очи черные!
То неслись, то плелись,
То трусили рысцой,
И болотную слизь
Конь швырял мне в лицо.
Только я проглочу
Вместе с грязью слюну,
Штоф у горла скручу
И опять затяну:
Очи черные, как любил я вас...
Но прикончил я то, что
впрок припас.
Головой тряхнул, чтоб слетела блажь,
И вокруг взглянул и присвистнул аж!
Лес стеной впереди, не пускает стена.
Кони прядут ушами, назад
подают.
Где просвет, где прогал, не видать ни рожна,
Колют иглы меня, до костей достают!
Коренной ты мой!
Выручай же, брат!
Ты куда, родной!
Почему назад?
Дождь, как яд, с ветвей
Не добром пропах.
Пристяжной моей
Волк нырнул под пах.
Вот же пьяный дурак, вот же
налил глаза!
Ведь погибель пришла, а бежать не суметь.
Из колоды моей утащили туза,
Да такого туза, без которого - смерть!
Я ору волкам:
Побери вас прах!
А коней пока
Подгоняет страх.
Шевелю кнутом,
Бью крученые
И ору притом:
Очи черные...
Храп, да топот, да лязг, да
лихой перепляс,
Бубенцы плясовую играют с дуги.
Ох вы, кони мои, погублю же я вас!
Выносите, друзья, выносите, враги!
От погони той
Даже хмель иссяк.
Мы на кряж крутой
На одних осях!
В хлопьях пены вы,
Струи в кряж лились,
Отдышались, отхрипели да откашлялись.
Я к лошадкам забитым,
Что не подвели,
Поклонился в копыта
До самой земли.
Сбросил с воза манатки,
Повел в поводу.
Спаси бог вас, лошадки,
Что целы мы тут!
Сколько кануло, сколько
схлынуло!
И кидало меня, не докинуло.
Может, спел про вас неумело я.
Очи черные, скатерть белая!
1972
|
УЦЁКІ
Лесам ехаў я раз пад чаркаю.
Пеў, каб коні йшлі рысьсю шпаркаю.
Толькі ўмеў я пець песьні вольныя:
Как любил я вас, очи чёрные!..
То пляліся спакваль, то
скакалі ўзапар.
I балотную твань конь мне кідаў у твар.
Толькі разам са сьлінай я гразь праглыну,
Штофу рыла зьвярну ды ізноў зацягну:
Очи чёрные! Как любил я вас!..
Ды прыкончыў я хмельны свой прыпас,
Галавой матнуў, каб адкінуць дур,
Навакол зірнуў і аж крыкнуў: Цур!
Лес наперадзе стаў, не
пушчае сьцяна.
Коні строчаць вушамі, назад падаюць.
Дзе прасьвет? Дзе прагал? Не відаць ні ражна!
Колюць голкі мяне, да касьцей дастаюць!
Караньнік ты мой!
Выратоўвай, брат!
Ты куды? Пастой!.. А чаму назад?..
Ці з дажджу я ўзмок, ці на сьмерць зірнуў,
Як прыпрэжнай воўк пад паху нырнуў?!
Што ж я вочы заліў?! Вось жа
п'яны блазан!
Тут пагібель прыйшла, а ўцячы не пасьпець!
Гэх, з калоды маёй пацягнулі туза,
Ды такога туза, безь якога мне сьмерць!
Я крычу ваўкам: Пабяры вас
прах!
А каняк скакаць падганяе страх.
Па хрыбце крутым б'ю, шалёны, я,
І раву прытым: Очіі чёрные!..
Посьвіст ветра ў вушах,
хрып, ды тупат, ды ляск.
Пад дугою званочкі прарочаць кранты.
Ах вы, коні мае, загублю ж тут я вас!
Ой, выносьце, браты! Ну выносьце ж, скаты!
Ад уцёкаў тых нават хмель
мінуў.
Мы на краж круты. быццам птах мільгнуў!
Потам, пенаю захлыналіся,
Адсапліся, адхрыпелі, адкашляліся.
Я тым конікам зьбітым, што
не падвялі,
Пакланіўся ў капыты да самай зямлі,
Выпраг, выцер далоньню, з палёгкай вяду.
Дзякуй Богу і коням, што цэлым іду!..
|
Польскі аўкцыён
